Рейтинг@Mail.ru
Сайт посвященный Сергею Есенину - Собрание стихотворений. Часть 1

Hello-Site.ru. Бесплатный конструктор сайтов.

Поиск по сайту
Знаете ли вы, что

Иногда Есенин имитировал Блока и Белого. Стихи Блока он читал серьезно и с уважением, а стихи Белого — с издевкой, имитируя его манеру чтения стихов.


Опрос
Как умер Есенин?
Всего ответов: 155

Собрание стихотворений. Часть 1


Для поиска стихотворения используйте "Поиск по сайту",
либо нажмите "CTRL+F" для поиска на странице.
Далее
* * *
За рекой горят огни,
Погорают мох и пни.
Ой, купало, ой, купало,
Погорают мох и пни.
 
Плачет леший у сосны -
Жалко летошней весны.
Ой, купало, ой, купало,
Жалко летошней весны.
 
А у наших у ворот
Пляшет девок корогод.
Ой, купало, ой, купало,
Пляшет девок корогод.
 
Кому горе, кому грех,
А нам радость, а нам смех.
Ой, купало, ой, купало,
А нам радость, а нам смех.
<1916>
Сергей Есенин. Сочинения.
Москва: Книжная палата, 2000.
 
 
МОЛОТЬБА
 
 Вышел зараня дед
На гумно молотить:
"Выходи-ка, сосед,
Старику подсобить".
 
Положили гурьбой
Золотые снопы.
На гумне вперебой
Зазвенели цепы.
 
И ворочает дед
Немолоченый край:
"Постучи-ка, сосед,
Выбивай каравай".
 
И под сильной рукой
Вылетает зерно.
Тут и солод с мукой,
И на свадьбу вино.
 
За тяжелой сохой
Эта доля дана.
Тучен колос сухой -
Будет брага хмельна.
<1916>
Сергей Есенин. Сочинения.
Москва: Книжная палата, 2000.
 
 
* * *
 
 Скупались звезды в невидимом бреде.
Жутко и страшно проснувшейся бредне.
Пьяно кружуся я в роще помятой,
Хочется звезды рукою помяти.
Блестятся гусли веселого лада,
В озере пенистом моется лада.
Груди упруги, как сочные дули,
Ластится к вихрям, чтоб в кости ей дули.
Тает как радуга, зорька вечерня,
С тихою радостью в сердце вечерня.
<1916>
Сергей Есенин. Сочинения.
Москва: Книжная палата, 2000.
 
 
* * *
 
 Не в моего ты бога верила,
Россия, родина моя!
Ты как колдунья дали мерила,
И был как пасынок твой я.
Боец забыл отвагу смелую,
Пророк одрях и стал слепой.
О, дай мне руку охладелую -
Идти единою тропой.
Пойдем, пойдем, царевна сонная,
К веселой вере и одной,
Где светит радость испоконная
Неопалимой купиной.
Не клонь главы на грудь могутную
И не пугайся вещим сном.
О, будь мне матерью напутною
В моем паденье роковом.
<1916>
Сергей Есенин. Сочинения.
Москва: Книжная палата, 2000.
 
 
* * *
 
 Закружилась пряжа снежистого льна,
Панихидный вихорь плачет у окна.
Замело дорогу вьюжным рукавом,
С этой панихидой век свой весь живем.
Пойте и рыдайте, ветры, на тропу,
Нечем нам на помин заплатить попу.
Слушай мое сердце, бедный человек,
Нам за гробом грусти не слыхать вовек.
Как помрем без пенья под ветряный звон,
Понесут нас в церковь на мирской канон.
Некому поплакать, некому кадить,
Есть ли им охота даром приходить.
Только ветер резвый, озорник такой,
Запоет разлуку вместо упокой.
<1916>
Сергей Есенин. Сочинения.
Москва: Книжная палата, 2000.
 
 
НИЩИЙ С ПАПЕРТИ
 
 Глаза - как выцветший лопух,
В руках зажатые монеты.
Когда-то славный был пастух,
Теперь поет про многи лета.
А вон старушка из угла,
Что слезы льет перед иконой,
Она любовь его была
И пьяный сон в меже зеленой.
На свитках лет сухая пыль.
Былого нет в заре куканьшей.
И лишь обгрызанный костыль
В его руках звенит, как раньше.
Она чужда ему теперь,
Забыла звонную жалейку.
И как пойдет, спеша, за дверь,
Подаст в ладонь ему копейку.
Он не посмотрит ей в глаза,
При встрече глаз больнее станет,
Но, покрестясь на образа,
Рабу по имени помянет.
<1916>
Сергей Есенин. Сочинения.
Москва: Книжная палата, 2000.
 
 
* * *
 
 Месяц рогом облако бодает,
В голубой купается пыли.
В эту ночь никто не отгадает,
Отчего кричали журавли.
В эту ночь к зеленому затону
Прибегла она из тростника.
Золотые космы по хитону
Разметала белая рука.
Прибегла, в ручей взглянула прыткий,
Опустилась с болью на пенек.
И в глазах завяли маргаритки,
Как болотный гаснет огонек.
На рассвете с вьющимся туманом
Уплыла и скрылася вдали...
И кивал ей месяц за курганом,
В голубой купаяся пыли.
<1916>
Сергей Есенин. Сочинения.
Москва: Книжная палата, 2000.
 
 
* * *
 
 Еще не высох дождь вчерашний -
В траве зеленая вода!
Тоскуют брошенные пашни,
И вянет, вянет лебеда.
 
Брожу по улицам и лужам,
Осенний день пуглив и дик.
И в каждом встретившемся муже
Хочу постичь твой милый лик.
 
Ты все загадочней и краше
Глядишь в неясные края.
О, для тебя лишь счастье наше
И дружба верная моя.
 
И если смерть по божьей воле
Смежит глаза твои рукой,
Клянусь, что тенью в чистом поле
Пойду за смертью и тобой.
<1916>
Сергей Есенин. Сочинения.
Москва: Книжная палата, 2000.
 
 
* * *
 
 В зеленой церкви за горой,
Где вербы четки уронили,
Я поминаю просфорой
Младой весны младые были.
 
А ты, склонившаяся ниц,
Передо мной стоишь незримо,
Шелка опущенных ресниц
Колышут крылья херувима.
 
Не омрачен твой белый рок
Твоей застывшею порою,
Все тот же розовый платок
Затянут смуглою рукою.
 
Все тот же вздох упруго жмет
Твои надломленные плечи
О том, кто за морем живет
И кто от родины далече.
 
И все тягуче память дня
Перед пристойным ликом жизни.
О, помолись и за меня,
За бесприютного в отчизне!
<1916>
Сергей Есенин. Сочинения.
Москва: Книжная палата, 2000.
 
 
* * *
 
 Даль подернулась туманом,
Чешет тучи лунный гребень.
Красный вечер за куканом
Расстелил кудрявый бредень.
 
Под окном от скользких ветел
Перепельи звоны ветра.
Тихий сумрак, ангел теплый,
Напоен нездешным светом.
 
Сон избы легко и ровно
Хлебным духом сеет притчи.
На сухой соломе в дровнях
Слаще меда пот мужичий.
 
Чей-то мягкий лик за лесом,
Пахнет вишнями и мохом...
Друг, товарищ и ровесник,
Помолись коровьим вздохам.
Июнь 1916
Сергей Есенин. Сочинения.
Москва: Книжная палата, 2000.
 
 
* * *
 
 Небо сметаной обмазано,
Месяц как сырный кусок.
Только не с пищею связано
Сердце, больной уголок.
 
Хочется есть, да не этого,
Что так шуршит на зубу.
Жду я веселого, светлого,
Как молодую судьбу.
 
Жгуче желания множат
Душу больную мою,
Но и на гроб мне положат
С квасом крутую кутью.
9 июля 1916
Сергей Есенин. Сочинения.
Москва: Книжная палата, 2000.
 
 
ИСУС-МЛАДЕНЕЦ
 
 Собрала пречистая
Журавлей с синицами
 В храме.
 
"Пойте, веселитеся
И за всех молитеся
 С нами!"
 
Молятся с поклонами,
За судьбу греховную,
 За нашу;
 
А маленький боженька,
Подобравши ноженьки,
 Ест кашу.
 
Подошла синица,
Бедовая птица,
 Попросила:
 
"Я тебе, боженька,
Притомив ноженьки,
 Молилась".
 
Журавль и скажи враз:
"Тебе и кормить нас,
 Коль создал".
 
А боженька наш
Поделил им кашу
 И отдал.
 
В золоченой хате
Смотрит божья мати
 В небо.
 
А сыночек маленький
Просит на завалинке
 Хлеба.
 
Позвала пречистая
Журавлей с синицами,
 Сказала:
 
"Приносите, птицы,
Хлеба и пшеницы
 Немало".
 
Замешкались птицы,
Журавли, синицы,
 Дождь прочат.
 
А боженька в хате
Все теребит мати,
 Есть хочет.
 
Вышла богородица
В поле, за околицу,
 Кличет.
 
Только ветер по полю,
Словно кони, топает,
 Свищет.
 
Боженька, маленький,
Плакал на завалинке
 От горя.
 
Плакал, обливаясь...
Прилетал тут аист
 Белоперый.
 
Взял он осторожненько
Красным клювом боженьку,
 Умчался.
 
И господь на елочке,
В аистовом гнездышке,
 Качался.
 
Ворочалась к хате
Пречистая мати,
 Сына нету.
 
Собрала котомку
И пошла сторонкой
 По свету.
 
Шла, несла немало,
Наконец сыскала
 В лесочке:
 
На спине катается
У белого аиста
 Сыночек.
 
Позвала пречистая
Журавлей с синицами,
 Сказала:
 
"На вечное время
Собирайте семя
 Немало.
 
А белому аисту,
Что с богом катается
 Меж веток,
 
Носить на завалинки
Синеглазых маленьких
 Деток".
<1916>
Сергей Есенин. Сочинения.
Москва: Книжная палата, 2000.
 
 
* * *
 
 Без шапки, с лыковой котомкой,
Стирая пот свой, как елей,
Бреду дубравною сторонкой
Под тихий шелест тополей.
 
Иду, застегнутый веревкой,
Сажусь под копны на лужок.
На мне дырявая поддевка,
А поводырь мой - подожок.
 
Пою я стих о светлом рае,
Довольный мыслью, что живу,
И крохи сочные бросаю
Лесным камашкам на траву.
 
По лопуху промяты стежки,
Вдали озерный купорос,
Цепляюсь в клейкие сережки
Обвисших до земли берез.
 
И по кустам межи соседней,
Под возглашенья гулких сов,
Внимаю, словно за обедней,
Молебну птичьих голосов.
<1916>
Сергей Есенин. Сочинения.
Москва: Книжная палата, 2000.
МЕЧТА
 
 
 1
 
В темной роще на зеленых елях
Золотятся листья вялых ив.
Выхожу я на высокий берег,
Где покойно плещется залив.
Две луны, рога свои качая,
Замутили желтым дымом зыбь.
Гладь озер с травой не различая,
Тихо плачет на болоте выпь.
В этом голосе обкошенного луга
Слышу я знакомый сердцу зов.
Ты зовешь меня, моя подруга,
Погрустить у сонных берегов.
Много лет я не был здесь и много
Встреч веселых видел и разлук,
Но всегда хранил в себе я строго
Нежный сгиб твоих туманных рук.
 
 2
 
Тихий отрок, чувствующий кротко,
Голубей целующий в уста,-
Тонкий стан с медлительной походкой
Я любил в тебе, моя мечта.
Я бродил по городам и селам,
Я искал тебя, где ты живешь,
И со смехом, резвым и веселым,
Часто ты меня манила в рожь.
За оградой монастырской кроясь,
Я вошел однажды в белый храм:
Синею водою солнце моясь,
Свой орарь мне кинуло к ногам.
Я стоял, как инок, в блеске алом,
Вдруг сдавила горло тишина...
Ты вошла под черным покрывалом
И, поникнув, стала у окна.
 
 3
 
С паперти под колокол гудящий
Ты сходила в благовонье свеч.
И не мог я, ласково дрожащий,
Не коснуться рук твоих и плеч.
Я хотел сказать тебе так много,
Что томило душу с ранних пор,
Но дымилась тихая дорога
В незакатном полыме озер.
Ты взглянула тихо на долины,
Где в траве ползла кудряво мгла...
И упали редкие седины
С твоего увядшего чела...
Чуть бледнели складки от одежды,
И, казалось, в русле темных вод,-
Уходя, жевал мои надежды
Твой беззубый, шамкающий рот.
 
 4
 
Но недолго душу холод мучил.
Как крыло, прильнув к ее ногам,
Новый короб чувства я навьючил
И пошел по новым берегам.
Безо шва стянулась в сердце рана,
Страсть погасла, и любовь прошла.
Но опять пришла ты из тумана
И была красива и светла.
Ты шепнула, заслонясь рукою:
"Посмотри же, как я молода.
Это жизнь тебя пугала мною,
Я же вся как воздух и вода".
В голосах обкошенного луга
Слышу я знакомый сердцу зов.
Ты зовешь меня, моя подруга,
Погрустить у сонных берегов.
<1916>
Сергей Есенин. Сочинения.
Москва: Книжная палата, 2000.
 
 
* * *
 
 Гаснут красные крылья заката,
Тихо дремлют в тумане плетни.
Не тоскуй, моя белая хата,
Что опять мы одни и одни.
 
Чистит месяц в соломенной крыше
Обоймленные синью рога.
Не пошел я за ней и не вышел
Провожать за глухие стога.
 
Знаю, годы тревогу заглушат.
Эта боль, как и годы, пройдет.
И уста, и невинную душу
Для другого она бережет.
 
Не силен тот, кто радости просит,
Только гордые в силе живут.
А другой изомнет и забросит,
Как изъеденный сырью хомут.
 
Не с тоски я судьбы поджидаю,
Будет злобно крутить пороша.
И придет она к нашему краю
Обогреть своего малыша.
 
Снимет шубу и шали развяжет,
Примостится со мной у огня.
И спокойно и ласково скажет,
Что ребенок похож на меня.
<1916>
Сергей Есенин. Сочинения.
Москва: Книжная палата, 2000.
 
 
* * *
 
 Синее небо, цветная дуга,
Тихо степные бегут берега,
Тянется дым, у малиновых сел
Свадьба ворон облегла частокол.
 
Снова я вижу знакомый обрыв
С красною глиной и сучьями ив,
Грезит над озером рыжий овес,
Пахнет ромашкой и медом от ос.
 
Край мой! Любимая Русь и Мордва!
Притчею мглы ты, как прежде, жива.
Нежно под трепетом ангельских крыл
Звонят кресты безымянных могил.
 
Многих ты, родина, ликом своим
Жгла и томила по шахтам сырым.
Много мечтает их, сильных и злых,
Выкусить ягоды персей твоих.
 
Только я верю: не выжить тому,
Кто разлюбил твой острог и тюрьму...
Вечная правда и гомон лесов
Радуют душу под звон кандалов.
<1916>
Сергей Есенин. Сочинения.
Москва: Книжная палата, 2000.
 
 
* * *
 
 Снег, словно мед ноздреватый,
Лег под прямой частокол.
Лижет теленок горбатый
Вечера красный подол.
 
Тихо от хлебного духа
Снится кому-то апрель.
Кашляет бабка-старуха,
Грудью склонясь на кудель.
 
Рыжеволосый внучонок
Щупает в книжке листы.
Стан его гибок и тонок,
Руки белей бересты.
 
Выпала бабке удача,
Только одно невдомек:
Плохо решает задачи
Выпитый ветром умок.
 
С глазу ль, с немилого ль взора
Часто она под удой
Поит его с наговором
Преполовенской водой.
 
И за глухие поклоны
С лика упавших седин
Пишет им числа с иконы
Божий слуга - Дамаскин.
<1917>
Сергей Есенин. Сочинения.
Москва: Книжная палата, 2000.
 
 
ЛЕБЕДУШКА
 
 Из-за леса, леса темного,
Подымалась красна зорюшка,
Рассыпала ясной радугой
Огоньки-лучи багровые.
 
Загорались ярким пламенем
Сосны старые, могучие,
Наряжали сетки хвойные
В покрывала златотканые.
 
А кругом роса жемчужная
Отливала блестки алые,
И над озером серебряным
Камыши, склонясь, шепталися.
 
В это утро вместе с солнышком
Уж из тех ли темных зарослей
Выплывала, словно зоренька,
Белоснежная лебедушка.
 
Позади ватагой стройною
Подвигались лебежатушки.
И дробилась гладь зеркальная
На колечки изумрудные.
 
И от той ли тихой заводи,
Посередь того ли озера,
Пролегла струя далекая
Лентой темной и широкою.
 
Уплывала лебедь белая
По ту сторону раздольную,
Где к затону молчаливому
Прилегла трава шелковая.
 
У побережья зеленого,
Наклонив головки нежные,
Перешептывались лилии
С ручейками тихозвонными.
 
Как и стала звать лебедушка
Своих малых лебежатушек
Погулять на луг пестреющий,
Пощипать траву душистую.
 
Выходили лебежатушки
Теребить траву-муравушку,
И росинки серебристые,
Словно жемчуг, осыпалися.
 
А кругом цветы лазоревы
Распускали волны пряные
И, как гости чужедальние,
Улыбались дню веселому.
 
И гуляли детки малые
По раздолью по широкому,
А лебедка белоснежная,
Не спуская глаз, дозорила.
 
Пролетал ли коршун рощею,
Иль змея ползла равниною,
Гоготала лебедь белая,
Созывая малых детушек.
 
Хоронились лебежатушки
Под крыло ли материнское,
И когда гроза скрывалася,
Снова бегали-резвилися.
 
Но не чуяла лебедушка,
Не видала оком доблестным,
Что от солнца золотистого
Надвигалась туча черная -
 
Молодой орел под облаком
Расправлял крыло могучее
И бросал глазами молнии
На равнину бесконечную.
 
Видел он у леса темного,
На пригорке у расщелины,
Как змея на солнце выползла
И свилась в колечко, грелася.
 
И хотел орел со злобою
Как стрела на землю кинуться,
Но змея его заметила
И под кочку притаилася.
 
Взмахом крыл своих под облаком
Он расправил когти острые
И, добычу поджидаючи,
Замер в воздухе распластанный.
 
Но глаза его орлиные
Разглядели степь далекую,
И у озера широкого
Он увидел лебедь белую.
 
Грозный взмах крыла могучего
Отогнал седое облако,
И орел, как точка черная,
Стал к земле спускаться кольцами.
 
В это время лебедь белая
Оглянула гладь зеркальную
И на небе отражавшемся
Увидала крылья длинные.
 
Встрепенулася лебедушка,
Закричала лебежатушкам,
Собралися детки малые
И под крылья схоронилися.
 
А орел, взмахнувши крыльями,
Как стрела на землю кинулся,
И впилися когти острые
Прямо в шею лебединую.
 
Распустила крылья белые
Белоснежная лебедушка
И ногами помертвелыми
Оттолкнула малых детушек.
 
Побежали детки к озеру,
Понеслись в густые заросли,
А из глаз родимой матери
Покатились слезы горькие.
 
А орел когтями острыми
Раздирал ей тело нежное,
И летели перья белые,
Словно брызги, во все стороны.
 
Колыхалось тихо озеро,
Камыши, склонясь, шепталися,
А под кочками зелеными
Хоронились лебежатушки.
<1917>
Сергей Есенин. Сочинения.
Москва: Книжная палата, 2000.
 
 
* * *
 
 К теплому свету, на отчий порог,
Тянет меня твой задумчивый вздох.
 
Ждут на крылечке там бабка и дед
Резвого внука подсолнечных лет.
 
Строен и бел, как березка, их внук,
С медом волосьев и бархатом рук.
 
Только, о друг, по глазам голубым -
Жизнь его в мире пригрезилась им.
 
Шлет им лучистую радость во мглу
Светлая дева в иконном углу.
 
С тихой улыбкой на тонких губах
Держит их внука она на руках.
<1917>
Сергей Есенин. Сочинения.
Москва: Книжная палата, 2000.
 
 
* * *
 
 Есть светлая радость под сенью кустов
Поплакать о прошлом родных берегов
И, первую проседь лаская на лбу,
С приятною болью пенять на судьбу.
Ни друга, ни думы о бабьих губах
Не зреет в ее тихомудрых словах,
Но есть в ней, как вера, живая мечта
К незримому свету приблизить уста.
Мы любим в ней вечер, над речкой овес,-
И отроков резвых с медынью волос.
Стряхая с бровей своих призрачный дым,
Нам сладко о тайнах рассказывать им.
Есть нежная кротость, присев на порог,
Молиться закату и лику дорог.
В обсыпанных рощах, на сжатых полях
Грустит наша дума об отрочьих днях.
За отчею сказкой, за звоном стропил
Несет ее шорох неведомых крыл...
Но крепко в равнинах ковыльных лугов
Покоится правда родительских снов.
<1917>
Сергей Есенин. Сочинения.
Москва: Книжная палата, 2000.
 
 
* * *
 
 Не от холода рябинушка дрожит,
Не от ветра море синее кипит.
 
Напоили землю радостью снега,
Снятся деду иорданские брега.
 
Видит в долах он озера да кусты,
Чрез озера перекинуты мосты.
 
Как по мостику, кудряв и желторус,
Бродит отрок, сын Иосифа, Исус.
 
От восхода до заката в хмаре вод
Кличет утиц он и рыбешек зовет:
 
"Вы сходитесь ко мне, твари, за корму,
Научите меня разуму-уму".
 
Как по бережку, меж вымоин и гор,
Тихо льется их беседа-разговор.
 
Мелка рыбешка, сплеснувшись на песок,
Подает ли свой подводный голосок:
 
"Уж ты, чадо, мило дитятко, Христос,
Мы пришли к тебе с поклоном на допрос
 
Ты иди учись в пустынях да лесах;
Наша тайна отразилась в небесах".
<1917>
Сергей Есенин. Сочинения.
Москва: Книжная палата, 2000.
 
 
* * *
 
 Заря над полем - как красный тын.
Плывет на тучке превечный сын.
 
Вот вышла бабка кормить цыплят.
Горит на небе святой оклад.
 
- Здорово, внучек!
 - Здорово, свет!
- Зайди в избушку.
 - А дома ль дед?
 
- Он чинит невод ловить ершей.
- А много ль деду от роду дней?
 
- Уж скоро девять десятков зим.-
И вспорхнул внучек, как белый дым.
 
С душою деда поплыл в туман,
Где зреет полдень незримых стран.
<1917>
Сергей Есенин. Сочинения.
Москва: Книжная палата, 2000.

Статистика
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика